А манекенщицы… Их было много!

Олег Морозов выглядит невероятно элегантно. Голубая рубашка, песочные брюки, модная стрижка, подтянутая худощавая фигура и абсолютно молодые глаза делают его похожим на стильного юношу, несмотря на то что Олегу Константинович нынче – 73 года. «Генетика такая», – объясняет он. И под льющиеся откуда-то из-за разноцветных свертков тканей песни Кэти Мелуа рассказывает о своей жизни, в которой было разное – корабли и брюки клеш, дембель и работа «гробовщиком», красивые модели и Слава Зайцев. МОСЛЕНТА записала его монолог.

Мне 73 года. А сколько из них я шью? Лет 48, если не ошибаюсь. Специализируюсь на мужской одежде: пальто, сорочки, халаты, пижамы, куртки, костюмы.

B0b91fbc507c21c12e66c1b9ff4a16c49a9999f8

Фото: Гоша Бергал (проект www.instagram.com/kurok_moscow/)

С чего все началось? Ну… Наверное, с мамы. Отец-то у меня погиб на фронте, а мама всю войну проработала в Москве портнихой-закройщицей. Мы жили на Можайском шоссе – нынче, Кутузовском проспекте. В доме №29, стоящим как раз напротив того знаменитого дома, где жил Брежнев, многие известные артисты и режиссеры. Нашим соседом был композитор Исаак Дунаевский. Хорошее место… И мама работала в хорошем месте – цековском ателье. Но… Она меня одна воспитывала, было тяжело. А тут у нее еще и туберкулез в открытой форме обнаружили. Возможно, именно поэтому она меня, десятилетнего, и отправила в 1955-м учиться в воронежское Суворовское училище, где я и провел восемь лет своей жизни. А мама? Она тогда умерла.

Многие из наших выпускников стали потом знаменитыми офицерами. Трое были генерал-полковниками, один из которых, Ковалев, кстати, возглавлял вывод советских войск из Польши. Не сломало ли меня училище? Нет! Я прошел потрясающую школу. Другое дело, ну, какой из меня офицер? А тут еще хрущевские времена, сокращения в армии. Мне тогда чудом удалось уйти на гражданку. Но ушел и тут же отправился в армию – меня призвали во флот, где я отслужил четыре с половиной года.

Флот? Флот – это интересно. Я попал на Балтийский. Учился в городе Ломоносов – недалеко от Кронштадта, потом был в Лиепае, ходил сначала на МПК – малом противолодочном корабле, потом на среднем.

***

После демобилизации я сразу понял, что буду работать портным. Все сошлось. И мама. И то, что она меня многому научила. И навыки определенные: мы в Суворовском очень же за модой следили. В 1955-м в моду вошли клеши, так я растягивал ткань на брюках своих друзей. Потом стали популярны «дудочки», и я сужал всем штаны. Может, эти умения я получил вместе с генами?

Кстати, вот ирония судьбы. Знаете, какую вещь я сшил, еще будучи учеником, самой первой? Морскую шинель, заказанную одним офицером из высшего состава. А уже потом перешел на пальто. Но это было попозже, в 1973 году, когда я перешел в ателье «Люкс» на Смоленке, напротив Первого гастронома. Смешно вспоминать: стоял с двумя восьмикилограммовыми утюгами в руках, которые нужно было постоянно нагревать. Это было очень непросто – «забивать» ткань, предназначенную для пальто, она ж толстая, плотная. Поэтому, между прочим, тех, кто специализировался на пошиве пальто, называли гробовщиками. Пиджачников – крупняками, потому что сшить пиджак сложнее всего. Брючников – крокодилами… ну, и так далее.

***

Мне очень, очень повезло, что я попал во Всесоюзный дом моделей на Кузнецком Мосту. Я туда несколько раз пытался перейти – не получалось: они не брали к себе никого с улицы. А потом вышло так, что я работал с одной девушкой, у которой там кто-то был. Сначала на Кузнецкий перешла она, потом позвала меня. В общем, получилось практически по блату.

Что меня там поразило? С самого начала именно это: при том, что профессия портного была не особо оплачиваемой, на Кузнецком работало много детей, просто родственников или знакомых больших начальников. Предполагалось, что здесь они побудут учениками, а потом поступят в институт на технолога или конструктора одежды.

***

Дом моделей – легендарное место. Легендарное! Но снобизма по отношению к новичкам тут не было никакого. Я пришел сюда с небольшим стажем, но с шестым, высшим разрядом, и тут же был взят в экспериментальный цех. Что это такое? Это подразделение, отвечающее за моделирование, то есть за направления моды: у нас были теоретики, художники, создававшие новые силуэты, закройщики. А возглавлял все это как главный художник Вячеслав Зайцев. Он тогда молодой совсем был. Впрочем, он ведь и прославился молодым, когда его заметил и отметил сам Пьер Карден, приехавший в Москву… Я же в этом цеху отвечал за пошив моделей.

Работать с Зайцевым было легко. Высокий профессионал! Он делал великолепные эскизы. Возможно, в его почерке угадывался Валентино и Ив Сен-Лоран, но я уверен, что это было не заимствование. Просто идеи тогда витали в воздухе. Другое дело, что фабрики, которые после отшивали костюмы по его эскизам, все сильно упрощали…
Можно я еще про Зайцева скажу? Он дал мне самую настоящую путевку в жизнь! Если бы не он, я бы не понимал, что мне делать в этой профессии, что работать надо только ради заказчика. А теперь знаю.

***

У нас был план. Мы его должны были выполнять, придерживаясь ГОСТа. ГОСТ же, в свою очередь, определял размерный ряд, используемые ткани (они должны непременно быть отечественными) и так далее.

Мы придумывали очень много чего, но, конечно, пользовались и западными наработками. Часто ходили в Библиотеку легкой промышленности, где были покупавшиеся за валюту журналы: невероятно популярный французский L’Officiel, уже исчезнувший Linea Italiana, а еще Vogue и немецкий Rundschau, в котором было самое главное – чертежи моделей. Все это очень помогало нашему развитию, вдохновляло.

Цензура? Я знаю, что слухи о ней есть. Даже в недавно показанном по Первому каналу сериале «Красная королева» есть эпизод, где забраковывают одну из коллекций, обвинив ее в буржуазности – мол, советской женщине нужно совсем другое. Может, я и не все знаю, но на моей памяти таких ситуаций не возникало. При этом советское моделирование было достаточно передовым: наши коллекции выезжали и в соцстраны, и на Запад.

***

Зайцев был первым, кто превратил показы в настоящие шоу с участием большого количества манекенщиков. Мужчин-манекенщиков, помню, у нас на Кузнецком было трое. Один – имевший четко 50-й размер – на подиум не выходил, но всегда использовался для моделирования одежды, идущей на производство. У него была идеальная фигура, и он умел показать любую вещь – даже ту, которая не сидит. А еще двое – Лев и Александр – на показах демонстрировали одежду, исполняя роли женихов.

Dac40e40e04d0c2a90f613015a69a85085ffd67d

Дефиле во Всесоюзном доме моделей на Кузнецком Мосту

Фото: Сергей Соловьев / РИА Новости

А манекенщицы… Их было много! Интересные были женщины. Очень. Гораздо интереснее тех, что демонстрируют одежду сейчас. В них чувствовалась порода, достоинство. А какие лица! Сейчас ведь модельеры что делают? Создают образы. Отсюда странный макияж, какая-то невероятная прическа. А тогда все модели выглядели естественно, как в жизни…

Размеры? Разные. Те, на которых делали конструкцию, были 48-го размера. А по подиуму могли ходить 44-й и 42-й, но с объемом груди 88 сантиметров.

***

Я ушел из Всесоюзного дома моделей в 1982-м, перейдя уже непосредственно в Дом моды Славы Зайцева на проспекте Мира. Слава меня позвал за собой – как я мог отказаться? Там я проработал 15 лет, а потом… Потом случилась перестройка, Дом стал терять цеха, начались сокращения, у меня появились какие-то предложения, я на некоторое время уезжал работать в Италию, потом перешел в индивидуальный пошив.

***

Индивидуальный пошив стал повсеместным, и я начал заниматься им 16 лет назад. С первой хозяйкой ателье, где я сейчас работаю, мы, по сути, возрождали технологию так называемого бесклеевого костюма. А ведь когда-то их шили все советские ателье высшего и первого разрядов. Это – абсолютное качество и исключительно ручной труд, потому что машинная работа – уже второй разряд. Понимаете, вот в чем парадокс: в старые времена в СССР почти все «индивидуальные» костюмы шили именно так – вручную, а потом эта технология ушла, чтобы вернуться, спустя много лет, в Россию из Италии. И сейчас наши портные уже обогнали по своим умениям итальянских: те все равно шьют по лекалам, а наши – строго по меркам.

1c95e83b0aa514756d31dbc82d5d9d731c46def5

Всесоюзный дом моделей на Кузнецком Мосту. Разработка новых чертежей одежды

Фото: Владимир Федоренко / РИА Новости

***

Мода? Нет, я за ней не слежу. То есть, если заказчик попросит сшить ему что-то модное, я это сделаю, но вообще индивидуальный пошив – он больше не про моду, а про стиль. Впрочем, и стиль тоже сильно изменился. Точнее, он практически ушел. Взять хотя бы мужчин. Посмотрите, они же сейчас почти все в джинсах. Это очень нехорошо, тем более что почти все нынешние джинсы плохо изготовлены… Я не понимаю, почему мужчины, которые сейчас так следят за своей фигурой, стрижкой, кожей, совсем не задумываются о том, что на них надето. Почему почти исчезли мужчины в костюмах? Ведь костюм – это не просто красивая, но еще и самая выгодная одежда: он долго носится, вызывает симпатию, брюки прекрасно комбинируются с рубашками, блейзерами. Джинсы дешевле, понимаю. Но через три месяца они, как правило, теряют вид, приобретают вид неряшливый, вытянутый. И потом – это все же одежда для подростков. А для взрослых… это просто не стильно.

***

У меня самого есть костюмов семь, но это потому, что за последнее время я сильно похудел, а значит, стал другого размера. Что-то я покупал, но 2-3 костюма, как и пальто, я шил себе сам. Сейчас на это уже не хватает времени. Переживаю? Нет. Я счастливый человек, потому что мне не нужно ничего лишнего. Я всем доволен – я часто себе это говорю. Какие бы у меня ни были трудности на работе, как бы ни падало у меня настроение, я всегда понимаю, что это – временно.

Я вообще стараюсь держать себя в руках. Каждое утро, например, иду на улицу возле своего дома на Серпуховке и делаю гимнастику. Лет до 60-ти я бегал, а сейчас мне это тяжеловато уже. Но спорт для меня сейчас – необходимость. Как и правильное питание. Хотя, сознаюсь: раз пять-шесть в неделю на завтрак я ем итальянскую пасту с мясом, овощами. Обожаю ее! Да, впрочем, я вообще жизнь обожаю.

Историй, которые могут рассказать люди — миллионы, если не больше. Но есть среди них те, которые не про случай, а про жизнь. Их интересно слушать, их интересно пересказывать, но, главное, их важно помнить. МОСЛЕНТА решила собрать некоторые из таких историй, услышанных от москвичей — разного возраста, профессий, взглядов и национальностей. Хотите рассказать что-то о себе или своих близких? Пишите по адресу story@moslenta.ru.

Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing
Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing
Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing
Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing
Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing
Lorem ipsum dolor sit amet, consectetur adipisicing